Antigona (antigona88) wrote,
Antigona
antigona88

Category:

Автомобильный хор

АВТОМОБИЛЬНЫЙ ХОР
Автор: Сергей Мухин

     Наш будний день начинался всегда одинаково. Подъём, умывание, завтрак, переодевание, причёсывание и наконец поход в детский сад. Обычно во время пути мы рассматривали стоящие автомобили.
       Каких только не было! Всех цветов и оттенков, разнообразных марок: и красные, и зелёные, и белые, и синие, и чёрные, «Жигули» и «Мерседесы», «Москвичи» и «Шкоды», «Волги» и «Рено»…
        У автомобилей было правило: как только рядом оказывался их хозяин, они сразу переходили на шёпот, а то и вовсе замолкали. А уж когда ехали, то и вовсе не отвлекались на наши приветствия: не хватало ещё в аварию попасть. Поэтому с такими дочка не разговаривала.
        Какие-то машины спали, прикрыв зеркала-уши, какие-то притворялись, оставив открытым одно из них, а порой и оба, при этом громко храпя, благо номер позволял: Х-Р-Р-р-р-р. Дочка уже знала правила и хитрости таких автомобилей, потому легко ловила их на обмане:
– Притворяешься, – говорила она.
– Нет, – отвечала ХРРапунья с открытыми ушами-зеркалами.
– А, попалась! – довольно говорила дочка.
– Так нечестно, – возмущалась машина.
– Честно. У тебя уши открыты, – парировала дочка.
        На это автомобиль возразить не мог, и мы шли дальше. Почти всегда нас встречал ТОМ. Говорить с ним полагалось по-английски, и дочка следовала этому правилу:
– Хелоу Том.
– Хелоу. Хау а ю?
– Ай эм вэл. Фэнкью.
        Ритуал завершался, и мы шли дальше. Одним из самых приметных автомобилей была старая чёрная «Волга» с большой красной звездой на дверце, годами стоявшая на одном и том же месте. Но она не унывала и постоянно тренировалась. Во дворе беспрестанно слышалось:
– ХУК справа, ХУК слева, ХУК справа, ХУК слева...
Вначале дочка не знала, что это, и удивлялась:
– Справа, слева, ещё и хук. Что это?
– ХУК удары наносит, как в боксе, – тихо на ушко пояснил я ей.
– А-а-а, – протянула дочь. – Понятно.
        Дочь всегда останавливалась рядом с ХУКом и подолгу с ним разговаривала, сочувственно кивая на его жалобы. Автомобиль был очень старым и часто жаловался на окружающих. То трактор во время чистки дороги запылит его, то какая-нибудь нахальная машина встанет перед ним. А зимой и вовсе наступала беда. Ладно бы занесло его снегом и спал бы спокойно до весны. Но погода такая непостоянная. То дождь идёт, то заморозки, то ветер не даёт снегу удержаться на кузове.
        Зимой многие автомобили страдали, кто от холода, кто от грязи, кто от снега. Но были и смешные моменты. Особенно забавляли дочку машины с поднятыми ресницами-дворниками. Они боялись, что их волоски примёрзнут. Но как смешно наблюдать тонкие реснички над снежной кучей! Впрочем, вокруг больших удивлённых глаз-фар одной крохотной полукруглой машины, похожей на божью коровку, на самом деле были сделаны реснички.
        Через некоторое время тренировками ХУКа заинтересовались многие машины, стоящие без дела. И началось. Каждая старалась, как могла, в силу своего названия.
– ХЕК справа, ХЕК слева, – услышали мы.
– Папа, что такое хек?
– Это такая рыба, – пояснил я.
Дочь раскатисто рассмеялась:
– Рыбой справа, рыбой слева!
– Тренируюсь, как могу, – обиделся автомобиль.
– Не обижайся. Просто смешно получается, – пояснила дочь. – А откуда ты знаешь, как надо тренироваться?
– ХУК научил.
– А-а-а. Ясно.
Мы пошли дальше. И тут услышали:
– ОКО справа, ОКО слева.
– А что такое око? – спросила меня дочь.
– Глаз.
– Понятно, – дочка заулыбалась. – Зарядку для глаз делает, чтобы они видели хорошо. Молодец.
– КОК справа, КОК слева...
Здесь пояснения не требовалось:
– Повар справа, повар слева, – передразнила дочь.
– Как могу, так и тренируюсь, – обиделась машина. – Я с вами вообще не буду разговаривать.
– Не обижайся. Я такого ещё не слышала.
– Ты многого не слышала.
– Это правда. А откуда ты знаешь о тренировке?
– ХУК научил. Говорит, что нечего стоять просто так.
– Какой ХУК, однако. Везде успел. И как ему это удаётся? Он же на месте стоит.
– Наверное, автомобили, которые мимо него проезжают, другим рассказывают, – предположил я, – а те дальше.
– Наверное.
        Скоро почти все автомобили подражали ХУКу. Отовсюду раздавались голоса тренирующихся. Дочка шла и, взахлёб смеясь, давала пояснения, когда слышались несуразности:
– ТОТ справа, ТОТ слева...
– А где этот?
– КОТ справа, КОТ слева...
– Наверное, за хвост его держат. Бедный кот.
– РАК справа, РАК слева...
– Это, пожалуй, побольней будет клешнёй ущипнуть.
– СОР справа, СОР слева...
– Мусорит.
– МАК справа, МАК слева...
– Сеет мак.
– СОК справа, СОК слева...
– Всех уже облил.
– РОТ справа, РОТ слева...
– Наверное, рот полоскает.
– КАР справа, КАР слева...
– Вороны вокруг.
– АУУ справа, АУУ слева...
– Заблудился, несчастный.
– НОС справа, НОС слева...
– Нюхает что-то.
Один из автомобилей беспрестанно звал маму:
– МАМ, МАМ, МАМ...
– Бедный, – жалела его дочка, – по маме скучает.
        Но были и те, которые жалости не вызывали. Например, гордец САМ. Он беспрестанно повторял своё имя. Как-то дочка решила подтрунить над ним:
– САМ, ты сам ездишь?
– САМ, – как обычно царственно/величественно/величаво ответил тот.
– Значит, ты самоезд.
– Не-е-е-т.
– Как нет. Самовар – сам варит, самосвал – сам сваливает, самолёт – сам летает, самокат – сам катится, а ты сам ездишь. Значит, всё правильно – ты САМОЕЗД. А ещё, – дочка что-то обдумывала, а потом выпалила. – Ты САМОХВАЛ. Слишком много хвалишься. И не спорь.
        Как-то дочка узнала, что зачастую буквы можно проверить, изменив слово. После этого она стала посмеиваться над некоторыми автомобилями. Особенно доставалось трём из них: ТАС, РАС, ВОС. Каждый раз дочь исправляла их имена, демонстрируя новое знание:
– Не РАС, а РАЗ – разы.
– Не ТАС, а ТАЗ – тазы.
– Не ВОС, а ВОЗ – возы.
        Те обижались, хныкали, пытаясь объяснить, что не виноваты вовсе, но дочке всё было ни по чём, и на следующее утро исправления повторялись.
– Они на самом деле не виноваты, – однажды вмешался я. – Во-первых, не сами они писали слова, а во-вторых, не может быть буквы «З» в номере.
– Почему? – удивилась дочка.
– Так договорились.
После такого объяснения дочка перестала подтрунивать над этими автомобилями.
        Одной из самых жизнерадостных машин являлась УРА. Она всегда и всему радовалась:
– УРА! Новый день начался.
– УРА! Солнце взошло.
– УРА! Я скоро поеду опять.
        И ничего не могло огорчить её. Были, впрочем, автомобили, с которыми лучше не говорить. Если над кем-то дочка смеялась сама, то эти смеялись над ней. Особенно ХЕЕ. Её противный смех очень не нравился дочке, и та старалась быстро проходить мимо.
        Некоторые автомобили никогда не забывали, кто они и чем занимаются, например, ВВВ. Даже во время отдыха на стоянке, постоянно заводил мотор: ВВВ. И во сне, стоя с закрытыми ушами, беспрестанно твердил: ВВВ. Очень забавно вели себя МРР, МУР, УРР и УУР. Они начинали урчать, как котята, стоило к ним прикоснуться, чем дочь всегда пользовалась.
        А были и автомобили, которые постоянно размышляли. О чём? Кто его знает? Их глубокомысленные ХММ, МММ периодически раздавались даже во время их сна. И дочь не мешала им. Она подносила палец ко рту, показывая, что надо вести себя тихо и проходила на цыпочках мимо.
        Но встречались и несчастные автомобили, неспособные даже назвать себя и потому не говорящие с нами: МКР, НТР, ТВК и другие. В их именах не было гласных звуков, только согласные. Как автомобили ни старались, ничего не выходило. Мы жалели их, но помочь ничем не могли.

        Вот и сегодня мы с дочкой как обычно вышли из дома и отправились к автобусной остановке. Но в это утро всё было по-другому. Какая-то странная тревожная тишина окружила нас. Автомобили молчали. Даже ТОМ не ответил на дочкино приветствие. Видимо, что-то случилось. И тут послышалось сначала тихо, а потом всё громче и громче:
– Тэ-о-э-эм, тэ-о-э-эм!
– Эс-е-э-эр, эс-е-э-эр!
– Эм-у-э-эр, эм-у-э-эр!
– У-у-эр-а-а, у-у-эр-а-а!
        Эти звуки раздавались со всех сторон. Автомобили пели на разные голоса: кто мягко, кто грубо, кто хрипло, кто звонко, но пели. В хор включились даже те, кто обычно не мог вымолвить и слова:
– Эм-ка-э-эр, эм-ка-э-эр!
– Тэ-вэ-ка-а-а, тэ-вэ-ка-а-а!
– Эр-тэ-ка-а, эр-тэ-ка-а!
ХУК старался вовсю:
– Ха-у-ка-а, ха-у-ка-а!
Даже ХЕЕ и ХАА пели:
– Ха-е-е-е, ха-е-е-е!
– Ха-а-а, ха-а-а!
– Что это? Почему? – удивилась дочка.
– Не знаю. Может, так они решили объединиться?
– Объединиться? С кем? Зачем?
– Чтобы никому не было обидно и все смогли поговорить с нами.
        Дочка шла и разглядывала каждый автомобиль, как будто видела его впервые. С её лица не сходила улыбка. Когда мы дошли до остановки, дочь ещё долго стояла, молча улыбаясь, а потом повернулась ко мне:
– Как хорошо!
Subscribe

  • О детёнышах

    Детёныш дракона — дракотёнок?

  • Дракон над городом

    Возвращаюсь я вчера в Елец, а над городом распростёр крылья огромный дракон. Издалека: Вблизи — над башнями, над церквями, над домами:

  • (no subject)

    Горе с мешком забредает в дом, смотрит и — нечего взять кругом, сырную корку смела хвостом серая мышка, капает в раковину вода, в треснувшем…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments