September 8th, 2017

Ушкова.

Предупреждение

1. Я вижу, что вокруг очень много боли. У нескольких моих френдов сейчас тяжёлая ситуация (а о ком-то я могу просто не знать). Очень жалею, что не могу помочь. Не могу вылечить больных, не могу вернуть умерших. Поэтому, наверное, надо постараться хотя бы не задевать и не растравлять.
Я когда-то писала, что не обижусь, если меня исключат из френдов. Сама при этом продолжаю читать тех, кто мне интересен (хотя если комментарии к каким-либо постам нежелательны, достаточно сказать). Можно отписаться от определённой метки, но сейчас у меня многое без метки. Записи о своих переживаниях я стараюсь прятать под кат, чтобы можно было просто пролистать, но теоретические рассуждения могу не спрятать, а они, наверное, тоже задевают.
Решила, что надо сделать группу. В неё по умолчанию включены все френды, но если вам хотелось бы не видеть записей, которые могут задеть и причинит боль, напишите мне. Можно здесь в комментариях. Можно личным сообщением. Я исключу вас из группы и постараюсь быть осторожнее в комментариях к вашим записям. Быть осторожнее в комментариям к своим записям, изначально не касающимся тяжёлых тем, к сожалению, обещать не могу. Простите.
Это не делает вас плохим человеком. Это не повод для моей обиды. Это не обязательно делать сейчас превентивно: если потом по какой-то причине такие записи начнут причинять боль, можно будет мне написать. Это не обязательно делать навсегда: если тяжело именно сейчас, а потом что-то изменится, я внесу изменения в список, когда потребуется.

2. Меня беречь не надо. Да, узнавая о беде, я испытываю сочувствие, испытываю желание изменить и исправить. Но я всё равно, даже без этих записей, понимаю, что боль повсюду.
Если вам надо высказаться, я готова выслушать. Вряд ли я смогу сказать что-то утешительное. Но беречь меня не требуется.
Готовность выслушать не делает меня лучше, а вас хуже. У меня свои "не могу выдержать". И я берегу себя, порой действуя не очень достойно (в конце концов, быть бессердечной внучкой наверняка хуже, чем не прочитать чью-то запись). Я могу о себе позаботиться. И я готова выслушать.
Если вы не готовы, вы не обязаны. И это не делает вас хуже.
Вот, пожалуй, всё. Сформулировала, как смогла.
Я. Фото Ирины Подовинниковой.

43 года со дня рождения Бориса Рыжего

… поздним вечером на кухонном балконе,
закурив среди несданной стеклотары,
ты увидишь небеса как на ладони
и поймешь, что жизнь твоя пройдет недаром.
В черном мире под печальными звездами.
То — случайная возможность попрощаться
с домочадцами, с любимыми, с друзьями.
С тем, что было. С тем, что есть. И с тем, что будет.


ВЗГЛЯД ИЗ ОКНА

Не знаю, с кем, зачем я говорю —
так, глядя на весеннюю зарю,
не устаю себе под нос шептать:
«Как просто всё однажды потерять...»
Так, из окна мне жизнь моя видна —
и ты, мой друг, и ты, моя весна,
тем и страшны, что нету вас милей,
тем и милы, что жизнь ещё страшней.

***
...Ветром ли кепку собьёт с головы, и,
охнув, за ней наклоняюсь устало.
Мёртвые листья, мои золотые,
полная кепка — как этого мало.
Я повторю тебе жизнь без запинки,
не упущу и бездарной недели.
Вот из дождя, как на том фотоснимке,
мой силуэт проступил еле-еле.
...Вот и боюсь каждой осенью, милый,
только отправятся за море птицы,
только запахнет землёй и могилой,
что не успею с тобою проститься.
                                             Б.Б. Рыжий